Что может музыка сделать против войны?
В четверг вечером в Дортмунде на одной сцене окажутся музыканты, которых могли бы разделять происхождение, семейные истории и политический опыт. West-Eastern Divan Orchestra не утверждает, что музыка способна остановить войны. Именно в этом и заключается сила этого необычного оркестра.
В четверг в 19:30 Даниэль Баренбойм и West-Eastern Divan Orchestra откроют новый сезон в Konzerthaus Dortmund. В программе — Неоконченная симфония Шуберта, прелюдия к вагнеровскому Тристану и Изольде и Третья симфония Бетховена — Героическая. Сам Концертхаус прямо объявляет открытие сезона «под знаком мира».
Для одного концертного вечера это очень большое заявление. Пока в одном зале звучит Бетховен, в других местах продолжают гибнуть люди. Ни один оркестр не может остановить ракету, освободить заложника или отменить политическое решение. Так что же может музыка сделать против войны?
Оркестр, где противник сидит рядом
В 1999 году израильский дирижёр Даниэль Баренбойм и палестинский литературовед Эдвард Саид основали West-Eastern Divan Orchestra. Проект вырос из их разговоров о музыке, культуре и человечности и из поиска иного способа говорить об израильско-палестинском конфликте. До сих пор оркестр объединяет людей с Ближнего Востока, особенно израильтян и палестинцев.
Им не нужно забывать свои разные истории. Им не нужно политически соглашаться друг с другом. Но в оркестре происходит то, что очень легко теряется в политическом споре: если хочешь играть вместе, нужно слушать другого. Скрипка не может решить, что история виолончелиста неверна. Скрипачка всё равно должна слышать, что играет виолончелист, иначе общее произведение распадётся.
Поэтому частью работы оркестра являются и разговоры, и мастерские. Во время турне в феврале 2026 года помимо репетиций и концертов проводились специальные пространства для диалога, а также индивидуальные и групповые беседы с использованием методов ненасильственного общения. Даниэль Баренбойм подчёркивает важное различие: диалог не означает принятия чужой точки зрения. Прежде всего он создаёт пространство, где эта точка зрения вообще может быть высказана.
Герой, который разочаровал Бетховена
То, что именно Героическая завершает вечер в Дортмунде, придаёт программе ещё один смысловой слой. Поначалу Бетховен восхищался Наполеоном Бонапартом и связываемыми с ним республиканскими идеалами. На ранней копии Третьей симфонии стояло его имя. Когда в 1804 году Наполеон провозгласил себя императором, Бетховен разочаровался в его стремлении к власти и имперских амбициях. Имя Бонапарта он стёр с титульного листа настолько сильно, что в бумаге образовалась дыра.
Так за симфонией, ставшей знаменитой как «героическая», скрывается ещё и история разочарования в определённом представлении о герое.
Двести лет спустя произведение задаёт неудобный вопрос: кто вообще становится героем после войны? Тот, кто её начал? Тот, кто её выиграл? Или солдат, который возвращается домой с протезом, семья, потерявшая близкого, люди, восстанавливающие дом среди руин, — или человек, который отказывается видеть в другом только врага?
Необязательно рассказывать одну и ту же историю
Израильско-палестинский конфликт особенно ясно показывает силу разных воспоминаний. Одни и те же места могут быть связаны с совершенно разными семейными историями, потерями и страхами. Мир едва ли может зависеть от того, что однажды все начнут рассказывать одну и ту же историю.
В 2025 году оркестр сформулировал собственные общие принципы. Показательно, насколько осторожно он сам определяет их значение: это не решение, а этический компас. Среди этих принципов — ненасилие, взаимное признание, равенство, диалог и убеждение в том, что каждая человеческая жизнь имеет одинаковую ценность и достоинство. Разные переживания и истории при этом не должны исчезать.
Понимание начинается не с того, что другой признаёт нашу правоту. Оно начинается с того, что мы способны услышать его историю, не отказываясь от своей.
Что может сделать Дортмунд?
Дортмунд находится далеко от мест, где люди боятся за свою жизнь. Слушатели концерта не могут оттуда остановить войну. Но общество может решать, какие пространства оно создаёт: пространства, где встреча остаётся возможной, где можно выдерживать несогласие и где израильтянин и палестинец — прежде всего не представители двух враждующих сторон, а два музыканта, которым нужно вместе найти правильный вступительный момент.
West-Eastern Divan Orchestra занимается этим уже более четверти века. Даже во время самой недавней волны насилия его музыканты продолжали играть вместе и разговаривать друг с другом.
Главное достижение этого оркестра не в том, что он «играет мир». Оно в том, что оркестр показывает: люди могут оставаться вместе, даже когда многое вокруг толкает их к разделению.